Непридуманная история человеческой жизни: подборка мемуаров

Как по мне, мемуарам уделяется несправедливо мало внимания. Поэтому сегодня хотелось бы познакомить вас с этим литературным жанром и рассказать о тех произведениях, которые помогут по-новому взглянуть на хорошо известную персону.

Ирина Одоевцева «На берегах Невы» и «На берегах Сены» 

Пожалуй, начну с самого первого произведения, с которым столкнулась я сама. То были мемуары Ирина Одоевцевой — «На берегах Невы». Самое замечательное в них то, что поэтесса, помимо своей не менее захватывающей и интересной судьбы, рассказывает ещё и о жизнях окружающих её талантливых людей. Знаменитая ученица Николая Гумилева, «маленькая поэтесса с огромным бантом» — так её звали в юношеские годы, увлекалась прозой и мемуарами, а уникальная память, о которой пишет Ирина в своих воспоминаниях, помогла ей с легкостью воссоздавать картины минувших лет. Одоевцева, «последняя из Серебряного века», подробно рисует послереволюционный Петербург, «возрождая» известных людей своего времени. Перед нами, словно живые, предстают блистательные поэты и писатели: Осип Мандельштам, Андрей Белый, Александр Блок, Анна Ахматова и, конечно, сам Гумилёв. Чего стоит одна только история о том, как Ирина и её наставник отмечали день рождения Лермонтова!

– Подумайте, — продолжает Гумилев, — мы с вами, наверно, единственные, которые сегодня, в день его рождения, помолимся за него. Единственные в Петербурге, единственные в России, единственные во всем мире… Никто, кроме нас с вами, не помянет его… Когда-то в Одессе Пушкин служил панихиду по Байрону, узнав о его смерти, а мы по Лермонтову теперь.

В 1922 году Одоевцева уехала в Париж. Лишь в 1987-м она вернулась на Родину. О долгих годах в Париже писательница рассказывает уже в другой книге — «На берегах Сены». Там она описывает встречи с остальными своими соотечественниками: Иван Бунин, Константин Бальмонт, Георгий Иванов, Игорь Северянин, Марина Цветаева.

 

Обе книги — «На берегах Невы» и «На берегах Сены» — помогают ближе познакомиться с известными поэтами и писателями, понять жизнь прошлого, революцию и её последствия.

Сергей Эйзенштейн «Yo.Мемуары»

Мемуары Сергея Эйзенштейна мне посчастливилось впервые прочитать в переплете 1963 года, поэтому пришлось потратить время на то, чтобы найти современные издания. Оказалось воспоминания режиссера недавно выпускались в двух томах музеем «Гараж» — «Yo.Мемуары». Кажется, по представленным отрывкам содержание этих книг не отличается от той, что познакомила меня с совершенно невероятным человеком. Описание на сайте гласит:

 «Как становятся Эйзенштейном?» — великий режиссер ответил на вопрос своего студента двумя томами мемуаров.

И действительно — ничто не позволяет так хорошо понять чужое творчество, как знакомство с самим творцом. А благодаря мемуарам эту «встречу» можно считать почти что личной. Сергей Эйзенштейн рассказывает о детстве, вспоминает родителей и постоянно делится размышлениями на страницах книг. Мемуары включают в себя путевые заметки о горячо любимой режиссером Мексике и поездке в Англию, различные истории создания его великих работ, вроде «Броненосец Потёмкин» и «Иван Грозный», и забавные случаи со съёмок. И за всеми этими рассказами очень живо чувствуется сам человек, его отношение к искусству, людям и себе. Так что под конец книги ответ на волнующий вопрос «А как же всё-таки становятся Эйзенштейном?» наверняка будет найден. 

Редьярд Киплинг «Немного о себе» 

Эти мемуары больше всех меня тронули и особенно резко поменяли взгляд на великого писателя, чьим творчеством я всегда восхищалась.

 

Все мы знаем Киплинга с детства, но при всём этом он далеко не детский писатель. В любую «сказку» он закладывает столько знаний, мыслей и мудрости, что даже взрослый человек сможет найти что-то для себя. В своих мемуарах Киплинг всегда с невероятным трепетом рассказывает о детстве: «Верните мне мои первые шесть лет жизни и можете взять себе все остальное»; вспоминает школьные годы, о которых гораздо многословнее пишет в «Сталки и компании», выражая своё восхищение учителям и школьным товарищам — не без щемящей ностальгической грусти об ушедшем; рассказывает и о начале взрослой самостоятельной жизни — «семилетней каторге», когда будущий нобелевский лауреат совершенствовал писательские навыки в «Гражданской и военной газете» Лахора. О первой славе и начале семейной жизни, о зарождении и создании своих произведений, рассуждает о писательском труде и человеческом назначении. Помимо всего прочего, встречаются воспоминания о встречах с любопытными персонами, а также самые разные случаи — смешные и не только. Как, например, один: 

Однажды к «Райскому коттеджу» подъехал незнакомец. Переговоры начались таким образом:

– Вы Киплинг, да?

Последовало подтверждение.

– Пишете, да?

Это как будто бы соответствовало истине. (Долгая пауза).

– Раз так, вы должны жить, чтобы доставлять людям удовольствие, верно?

Это было истинной правдой. Неподвижно сидя в коляске, приезжий продолжал:

– В таком случае, полагаю, вам надо доставлять им удовольствие, чтобы жить?

Отрицать это было нельзя. (Мне вспомнился адъютант добровольцев в Лахоре).

– Тогда скажем так, — продолжал этот человек, — допустим, вскоре вы не сможете доставлять удовольствие людям. Болезнь, несчастный случай — мало ли что. Тогда — что будет с вами обоими?

Я начал понимать, а он рыться в нагрудном кармане.

– И тут вам на помощь приходит Страхование жизни. Так вот, я представляю — и т. д., и т. д.

Умение рекламировать свой товар было превосходным. Компания «Льюконо» пользовалась хорошей репутацией, и я оформил свою первую американскую страховку, согласившись с Горацием, что на будущее полагаться нельзя. 

В общем, эта книга хороша как для тех, кто уже знаком с творчеством писателя, так и для тех, кому только предстоит открыть для себя Киплинга.

Константин Паустовский «Золотая роза» 

Его творчеством восхищались многие как в Советском Союзе, так и за его пределами. В числе почитателей была неподражаемая Марлен Дитрих, которая во время гастролей в Москве на концерте в Центральном доме литераторов упала на колени перед писателем и поцеловала его руку. В своей автобиографической книге «Размышления» актриса посвятила Паустовскому целую главу, в которой рассказала свои впечатления после встречи с ним: 

…Однажды я прочитала рассказ «Телеграмма» Паустовского. Он произвёл на меня такое впечатление, что ни рассказ, ни имя писателя, о котором никогда не слышала, я уже не могла забыть… Позже я прочитала оба тома «Повести о жизни» и была опьянена его прозой… С тех пор я чувствовала как бы некий долг — поцеловать руку писателя, который это написал. И вот — сбылось! Я счастлива, что я успела это сделать.

Сборник «Золотая роза» включает в себя размышления о писательском труде и многочисленные воспоминания о значимых деятелях литературы. Он рассуждает о вкладе, сделанном писателями, о роли их наследия и образах, которые с ними неразрывно связаны, рассказывает об их жизнях (после чего начинаешь видеть в великих авторах простых людей, занятых своим делом) и, конечно, выражает коллегам своё восхищение. Как говорит сам Паустовский:

Книга эта не является ни теоретическим исследованием, ни тем более руководством. Это просто заметки о моем понимании писательства и моем опыте.

И действительно — каждый рассказ невольно наводит нас на новые думы, заставляет переоценить работу писателя и задуматься о его роли в воспитании чувства прекрасного у многих поколений читателей. Это утверждает и сам Паустовский, выбирая в качестве одного из эпиграфов слова Бальзака:

Всегда следует стремиться к прекрасному.

Фото: @deborabrosa

ВАМ ТАКЖЕ МОЖЕТ БЫТЬ ИНТЕРЕСНО